Архивная запись одного из наиболее ярких (и лучших)
представителей сибирского андеграунда, наконец-то, спустя 16 лет,
материализовалась в CD-формате неожиданным для «Ur-Realist'а» тиражом в
1.000 экз. Что ж, как гласит народная мудрость, лучше поздно, чем
никогда.
Название не совсем адекватно: это скорее не квартирник, а посиделки в
тёплой дружеской компании с участием подруги Лукича Оксы, тогда ещё
никому не известной Янки Дягилевой и Егора Летова (в качестве не только
хозяина квартиры, но и «крестного отца», которому Чёрный Лукич,
безусловно, обязан своей известностью). Вот как комментирует эту запись
сам Егор в «ГрОб-хрониках»: «…Это, собственно, акустический часовой
квартирник, бурно состоявшийся либо в самом конце декабря 1987-го, либо в
первых числах 1988-го у меня дома. Публика себя вела очень весело и
раскрепощенно – орала, подпевала, хлопала, топала, пыхтела и т.д. и
т.п.» (Егор Летов. Я не верю в анархию./ГРАЖДАНСКАЯ ОБОРОНА. Дайджест. –
М., 1997, с. 73). «Квартирник…» знаком коллекционерам записей
отечественного андеграунда: в своё время эта запись ходила по рукам, а
нынче гуляет в Интернете.
Стилистику тогдашнего творчества Димы Кузьмина Летов не без основания
обозвал «панком в белых перчатках». Материал всесторонне отражает ранний
творческий период Лукича. Песни очень даже разные – по форме,
содержанию, художественным достоинствам. Некоторые из них («Кончились
Патроны», «Мы Из Кронштадта», «Доброе Утро», «Мой Недуг», «Будет Весело И
Страшно») благополучно дожили до наших дней и до сих пор исполняются на
концертах. Другие Лукич после произошедшей в нем переоценки ценностей
не исполняет по, так сказать, автоцензурным соображениям («Сталинские
Дети», «Праздник Вянущих Гвоздик», «Сталин, Партия, Комсомол») – эти
песни вряд ли когда-либо будут переизданы… А тогда, в 1987-м, все были
молоды, в меру наивны и безмерно веселы, иным было отношение к миру и
собственной жизни, иной была система ценностей, в которой родная
политическая реальность воспринималась лишь как повод для зубоскальства:
история Отечества, ее мифы и реальные события, героические и позорные
страницы, – все подвергалось ироническому переосмыслению в духе
соц-арта. Для усиления выразительности Лукич использовал цитаты из
советских песен, видоизменяя их или помещая в сниженный контекст. Так, в
«Предвыборной» мастерски пародируются и популярные лозунги, и сам жанр
частушки. При этом публицистикой Дима Кузьмин не ограничивается. В ряде
песен («Штурмбанфюрер», «РСДРП(б)», «Густав», «Бесхитростный Жучок»,
«Лейтенант Киреев», «Оля», «Одеяло „Джузеппе"»…) проявилось влияние
детских стишков Даниила Хармса, выразившееся в подчеркнутой алогичности,
гротескности, нарочитой примитивности. Нельзя обойти вниманием и песни
экзистенциальной направленности, в которых своеобразно трактуется тема
смерти (возможно, не без посредства Игоря Федоровича) – такие как «Ночь
Близка» (она же – «Волшебная Сказка»), «У Окна» (другое название –
«Дождь»), «Осень»… Правда, у Лукича экзистенциализм уравновешивается
сократической позицией, которая заключается в спокойном восприятии
смерти как объективной данности. Очевидно, этим объясняется отсутствие в
песнях Димы Кузьмина надрывов и истерик.
На слабых вещах намеренно не останавливаюсь: во-первых, это не студийная
запись, а, как говорилось выше, посиделки в дружеском кругу, во-вторых,
творческие неудачи вполне закономерны в процессе поиска собственного
пути, в-третьих, когда слушаешь эту запись, о ляпах и неудачах напрочь
забываешь, – она настолько живо и непосредственно передает атмосферу
произошедшего в этой легендарной квартире, что у людей с
соответствующими эстетическими запросами, – к числу коих относится и ваш
покорный слуга, – неизбежно возникает ощущение собственной
сопричастности ко всему этому действу…
Техническая сторона релиза не может не вызвать нареканий. Увы, издателям
так и не удалось добраться до оригинала записи, который хранится у
Егора Летова. Пришлось довольствоваться несколькими копиями разного
качества, предоставленными самим Лукичом. Поэтому последовательность
песен в официальном издании была несколько изменена, из него оказались
выброшены «Дед Никифор», «О-о-ри О-о-ра», «Сплошное Говно» и
«Апокалипсис» – их можно услышать только на неофициальной записи
«Квартирника…». В то же время – очевидно, в качестве компенсации – были
неизвестно откуда добавлены «Кучи В Ночи», «Колыбельная» (она же –
«Одеяльце», она же – «Миша Горбачев») и «Штурмбанфюрер». Обращают на
себя внимание и разночтения в названиях композиций на официальном и
самописном вариантах: так, «Афган» в издании называется «Military
Country», «Серые Люди» – «Дети Короткой Тьмы», «Первое Мая» – «Булочка С
Маком», «Я Люблю Мента» – «За Все Подряд»… Впрочем, в ходе подготовки
релиза названия наверняка согласовывались с автором. А истинные фаны
Лукича все равно опознают песню, как бы она ни называлась.
CD дополнен бонусом – четыремя песнями из акустического концерта на
Керамзитке 1994 г., по которым можно судить о творческой эволюции Димы
Кузьмина. В «Бесполезном Дне» во всей полноте реализуется сартровская
идея «заброшенности в мир». В следующей за ней «Далеко-Далёко» передана
целая гамма экзистенциальных состояний. Но и здесь уравновешенность
манеры подачи не изменяет Лукичу. «Суровая Нить» посвящена Янке.
«Косолапый Зверь» – песня, написанная, по всей видимости, в память об
умершем друге, исполненная глубокого трагизма. Качество бонуса не
выдерживает никакой критики: песни записаны с чудовищными искажениями,
которые раздражают и мешают восприятию.
Оформление подстать записи – без претензии на высокое качество.
8-страничный буклет содержит любительские фотографии Лукича, Егора, Янки
и их друзей. Краснобуквенные надписи на обложке можно воспринимать как
символ активности, творчества, проявления яркой индивидуальности,
стремления к новому… И далее – по Максу Люшеру. Все перечисленное в
немалой степени присуще Лукичу. В качестве комментария к записи
использованы фрагменты его интервью, взятого для книги «Янка». Дима
Кузьмин делится воспоминаниями о сотрудничестве с Егором Летовым, о
записи своих первых альбомов, объективно оценивает роль, которую сыграли
Егор и Янка в развитии феномена, именуемого «сибирским панком», сетует
на публику, приходящую нынче на концерты: «…когда смотришь на этих,
извиняюсь за выражение, подонков на концертах, которые и на мои
приходят, и на Егоровские особенно обильно, когда смотришь на этих
уродов, – трудно вообще себе представить, что… Мы что – отцы всего этого
ужаса, что ли?..» Увы, текст, напечатанный красными буквами, положен
поверх бледно-серых фотографий, что делает его неудобочитаемым. Неверно
указан хронометраж диска: общее время его звучания – не 69.20, а 67.45.
Кассетный вариант «Квартирника…» несколько отличается от CD. По причине
отвратительного качества записи издатель ограничился лишь одним
бонус-треком – песней «Косолапый Зверь», которая не вошла ни в один
альбом. Фотографиям придан коричневый оттенок, надписи сделаны желтым
цветом. Из трек-листа на вкладыше по недосмотру дизайнера выпал №29 –
«Телега».
Перефразируя известный афоризм Бернарда Шоу, можно сказать: альбомы
много выигрывают, когда их не слушают. От себя добавлю – те, кому они не
адресованы. Выпуск «Квартирника…» смогут по достоинству оценить фаны
Лукича, за которых можно лишний раз искренне порадоваться. Вызывает
глубокое сожаление лишь то, что альбомы СПИНОК МЕНТА, если когда-нибудь и
увидят свет, то в кастрированном виде: все сомнительные, с точки зрения
Лукича, песни будут вырезаны беспощадными авторскими ножницами. Что ж,
хозяин – барин, ему решать.
Что касается автора настоящих строк, который также вправе иметь и
высказывать собственное мнение, – я категорически убежден в том, что все
архивные материалы следует издавать только и исключительно в
первоначальном варианте, со всеми pro et contra: ведь их историческая и
коллекционная ценность с годами не снижается, а для кого-то, быть может,
и возрастает.
Геннадий Шостак, 19.08.2006 "Наш НеФормат"
|
